22 сентября 2016 г. Президент Российской Федерации В.В. Путин дал поручение Правительству страны разработать к маю 2017 г. стратегию развития санаторно-курортного комплекса на ближайшую перспективу. Совершенно очевидно, что такой весьма важный с экономической и социальной точек зрения документ должен быть подготовлен во всех регионах федерации. Вместе с тем следует отметить, что органами власти Республики Бурятия в конце 2016 г. принята как руководство к действию «Стратегия социально-экономического развития Республики Бурятия на период до 2030 года». Научно-исследовательская работа на заданную тему выполнена Сибирским Институтом управления в соответствии с государственным контрактом № 56/12 от 30.11.2015 г. В ней определены три приоритетных направления развития отраслей экономики – промышленности, сельского хозяйства и туризма. Не вдаваясь в подробный анализ работы, следует подчеркнуть, что стратегия развития туризма носит декларативный характер, т.е. напоминает декларацию о намерениях. В ней нет механизма реализации стратегии и не выделены региональные приоритеты в туристской отрасли.

С учетом указанных обстоятельств цель исследований по теме данной статьи ставится в следующей редакции: на основе анализа и обобщения материалов по современному состоянию использования минеральных вод региона определить пути перевода «дикого» лечебно-оздоровительного туризма региона в цивилизованное русло посредством использования новейшего кластерного подхода.

Материалы и методы исследования

В основу раскрытия содержания темы исследования положены собственные оригинальные материалы, собранные авторами в течение нескольких последних лет в границах всего Баргузинского Прибайкалья. К числу основных методов исследований относятся:

– изучение литературных и фондовых материалов, их анализ и обобщение;

– полевые натурные наблюдения и изучение современного состояния и способов использования минеральных вод региона;

– фотофиксация объектов исследования;

– анкетный опрос туристов;

– выявление «узких мест» и нерешенных задач в деле освоения и охраны минеральных вод.

Результаты исследования и их обсуждение

Баргузинские минеральные воды приурочены к внутригорной кайнозойской Баргузинской впадине «байкальского» типа. Она входит в центральную (Байкало-Баргузинскую) часть Байкальского рифтового пояса общепланетарного масштаба. С границами рифтового пояса географически совпадают границы распространения провинции азотных терм [14]. В рифтах обычно выделяются: рифтовые впадины (грабены), глубинные разломы, ограничивающие впадины, внутривпадинные поднятия и плечи рифтов – горные обрамления рифтовых впадин.

Баргузинская впадина под острым углом отходит от Байкальской котловины на северо-восток. С северо-запада обрамлена Баргузинским хребтом, а с юго-востока – Икатским хребтом. Она является второй по величине в Байкальском рифтовом поясе: протяженность ее более 200 км, ширина до 30–35 км, глубина прогибания более 2,0–2,5 км.

В описываемой впадине, в ее бортах и вблизи внутривпадинной Шаманской перемычки, происходит разгрузка трещинно-жильных гидротерм в зонах всего Баргузинского (северо-западный борт) и Верхне-Гаргинского (юго-восточный борт) и поперечных разломов. Известно большое количество источников. Среди них выделены [13] источники с минеральной водой:

– азотной сульфатной (Кучигерские, 36–50 °С; Гаргинский – 76 °С; Алгинские 20 °С; Инские 19 °С; Гусихинские 52–74 °С);

– гидрокарбонатно-сульфатной (Аллинские, 50–74 °С; Уринские, 25–68 °С; Болотные, 40 °С);

– хлоридно-сульфатной-гидрокарбонатной (Умхейские, 36–50 °С; Быстринские, 22–44 °С; Сеюйские, 52 °С);

– азотно-метановой карбонатной натриевой (Баргузинская скважина № 1).

Изучению и описанию Баргузинских минеральных вод посвящено значительное число научных публикаций и список пополняется постоянно. Одни исследования были посвящены закономерностям и условиям их формирования и распространения [5, 18], другие – изучению химизма, микробиологического состава, физических свойств, газового состава и их радиоактивности [15–17, 19]. Немало работ посвящено перспективам хозяйственного использования минеральных вод [4, 20]. Приведенные литературные сведения о температурах и ионному составу минеральных вод Баргузинского Прибайкалья представляют на сегодня лишь академический интерес. В организацию на их базе санаторно-курортного дела эти данные не вносят существенного вклада по двум причинам. Во-первых, все указанные минеральные источники остаются в категории проявлений минеральных вод и для перевода их в категорию месторождений необходим подсчет промышленных запасов посредством бурения скважин различных глубин. Во-вторых, до сих пор для всех указанных проявлений минеральных вод отсутствуют бальнеологические заключения Томского НИИ курортологии и физиотерапии.

Для перевода в категорию месторождений необходимо вложение огромных материальных и финансовых ресурсов, которых нет ни в региональном, ни в муниципальном бюджете. Поэтому необходим поиск альтернативных путей и кардинальных решений для выхода из тупиковой ситуации. Неоценимую помощь в этом деле может оказать типизация минеральных вод исследуемого района. С использованием исследований предшественников типизацию минеральных вод Баргузинского Прибайкалья провел С.П. Буслов [4]. При типизации минеральных вод учитывались: ионный состав, минерализация вод в г/л, максимальная температура в °С, наличие специфических компонентов, аналоги и близкие по лечебным свойствам источники, на которых действуют известные курорты, а также показания для лечения. Результаты исследований С.П. Буслова [4] показали:

– к Горячинскому типу минеральных вод (действует курорт регионального значения Горячинск) относятся Гаргинский и Инский источники;

– к Кульдурскому типу (действует курорт федерального значения Кульдур) – Гусихинский, Сеюйский, Умхейские, Кучигерские источники;

– к Аллинскому (Белокурихинскому (действует курорт федерального значения Белокуриха)) – Аллинский, Змеиный, Кулиных болот источники.

Таким образом, значительная часть минеральных источников Баргузина имеют аналоги по многим показателям на известных и функционирующих курортах России. Следовательно, изучив опыт работы действующих аналогов, можно организовать лечение на минеральных водах рассматриваемого региона. В этом случае отпадает необходимость проведения дорогостоящих специальных медицинских работ по установлению бальнеологических свойств местных минеральных вод. Поиск и установление аналогов – главное достоинство и преимущество гидротерм Баргузинского Прибайкалья.

Из всего многообразия и количества минеральных источников на стадии активного использования туристами уже многие десятилетия находятся Кучигерские, Умхейские, а в недавнем прошлом – Сеюйские и Аллинские минеральные источники. На их базе инициативами местных органов власти и ряда предприятий действуют так называемые «дикие курорты». Ниже даны их характеристика и описание.

Кучигерский источник. Кучигерский источник расположен у северо-западного борта Баргузинской впадины, в 5 км от с. Улюнхани, в 95 км на северо-восток от районного центра с. Курумкан.Термальные воды источника имеют групповой дебит 10–11 л/с. Температура воды в различных выходах колеблется от 21 до 75 °С. Основная разгрузка терм происходит на площади примерно 200x500 м² в месте погружения Баргузинского сброса под четвертичные отложения впадины. Многочисленные выходы горячей воды находятся в заболоченной низине.

По химическому составу вода Кучигерского источника относится к фтористому сероводородному гидрокарбонатно-сульфатному натриевому типу и по лечебным свойствам аналогична воде курорта Кульдур в Еврейской автономной области.

В зависимости от времени года вода видоизменяет свой химический состав. В летние месяцы в ней преобладают гидрокарбонаты, в зимний период значительно увеличивается удельный вес сульфатов [5].

Важное значение для бальнеологии имеет находящееся в районе выходов Кучигерских источников болото, содержащее огромные запасы лечебной грязи. И.М. Борисенко и Л.В. Замана [5] определяют запасы в 20–40 тыс. м³.

Кучигерская грязь представляет собой пластичную маслянистую густую, сметанообразную массу черного цвета с запахом сероводорода. Черный цвет является результатом присутствия в ней сернистого железа, которое находится в коллоидном состоянии, последнее придает ей свойства липкости и вязкости. Несмотря на большое содержание в ней воды, грязь не расплывается по поверхности потому, что ее связывает сернистое железо. Грязь обладает большой поглотительной способностью задерживать в себе газы и соли из воды источников [22].

На базе минеральных источников функционирует водо грязелечебница. Жилье здания представлены 10 неблагоустроенными корпусами МУП «Кучигер» на 130 мест, пансионатом районных электрических сетей на 27 мест, ванными домиками. Над источниками построено 5 ванных помещений. Большие запасы воды, лечебных грязей и близость к населенным пунктам являются надежной базой для крупного курорта.

Умхэйские источники расположены в северной части Баргузинской долины в 112 км от районного центра Курумкан и в 17 км от ближайшего населенного пункта – села Улюнхан. Термы разгружаются на острове и по обоим берегам реки. Всего насчитывается до 150 отдельных головок. Два основных выхода, сливаясь, образуют горячее озеро шириной 20–30 м и длиной около 100 м. На острове Умхей расположены жилые постройки, ванные помещения и водоем с горячей водой – озеро Горячее. Западный берег озера представляет собой грязевое болото с разбросанными по нему черными пятнами грязей и зеленоватыми точками выходов горячих вод.

Большинство грифонов с горячей и теплой водой, а их обнаружено 146, сосредоточено на острове, и лишь около 20 выходят на материковой стороне – по правому берегу р. Баргузина, а шурфами были обнаружены горячие воды и в 50 м от берега с температурой от 26 до 60 °С. Дебит источника 5–7 л/сек. Вода имеет сульфатно-гидрокарбонатный натриевый состав [21].

На основе источников в данное время функционирует водолечебница. Имеются 8 полублагоустроенных домиков на 40 мест, коттедж, ванные домики. На источнике идет активное строительство. Рекомендуется организовать на Умхэйских источниках курорт регионального (сибирского) значения.

Описанные минеральные воды используются местным населением и приезжими с давних пор для лечения органов опорно-двигательного аппарата, кожных и других заболеваний. Минеральные воды Кучигера и Умхея относятся к «кульдурскому» типу вод, пользуются большой популярностью в Республике Бурятия и соседних регионах. По анкетному опросу сезона 2016 г. среди туристов преобладают приезжие из Иркутской области. Воды источников показаны для лечения заболеваний органов движения (опорно-двигательного аппарата человека), периферийной нервной системы, кожи, хронического воспаления женских половых органов, последствий травм костей и суставов и от фтородефицитных заболеваний [4]. «Дикие» курорты, организованные на их базе, действуют без лицензии на водопользование, без санитарно-эпидемиологического надзора, без всяких медицинских услуг и т.д. Поэтому больные лечатся методом проб и ошибок, на свой страх и риск, а местные жители используют опыт многолетней (а точнее – многовековой) практики. Известно немало случаев, когда больные получают осложнения своих болезней после ванн в результате отсутствия указаний по режиму приема процедур, режима отдыха и питания и т.д. С учетом указанных обстоятельств необходим поиск путей перевода «дикого» лечебного туризма в цивилизованное русло.

По Е.В. Конышеву [10], рекреационно-лечебные занятия представляют систему занятий с жестко регулируемыми методами санаторно-курортного лечения. На рассматриваемых нами «диких» курортах лечение, как правило, осуществляется за рамками периода выходных дней, в основном в отпускное время тех, кто трудится. Анкетный опрос туристов в 2016 г. показал, что среди них преобладают люди предпенсионного возраста, приехавшие из Иркутской области.

С точки зрения современной географической и экономической наук одним из кардинальных методов решения проблем может послужить использование кластерного подхода в организации лечебно-оздоровительного туризма. Только кластерный подход может способствовать рациональной территориальной организации этого вида туризма за счет использования преимуществ групповой локализации объектов туристского освоения.

По В.И. Кружалину [12], туристско-рекреационные кластеры формируются на базе ключевых туристско-рекреационных ресурсов. В нашем случае к таковым относятся источники минеральных вод. Туристско-рекреационные кластеры – это группа географически соседствующих взаимосвязанных компаний, общественных организаций и связанных с ними органов государственного управления, формирующих и обслуживающих туристские потоки, использующие рекреационный потенциал территории [11].

Управляющая компания кластера представляет самостоятельное юридическое лицо, в основу организационных принципов положено государственно-частное партнерство, т.е. в управляющей компании должны быть представлены как администрация, так и бизнес-структуры, и общественные организации [11]. Государство вместе с другими заинтересованными силами может выступать в качестве одного из инициаторов процесса образования кластеров, но оно не играет главной роли в их организации и функционировании.

Как указывает А.П. Дунец [7], в целом управленческий подкомплекс обеспечивает планирование, регулирование, координацию и контроль туристско-рекреационной системы. Его эффективность определяется прежде всего деятельностью органов управления туризмом. В локальных кластерах, по нашему мнению, одну из ведущих ролей в управлении должно играть функционирование бизнес-структур управления. А.Ю. Александровой [2], фундаментально определены сущность и особенности туристксо-рекреационных кластеров.

В.И. Кружалин, К.В. Кружалин [12] при проектировании региональной туристско-рекреационной системы предлагают выделить ядра как функциональные экологические и планировочные центры районов и зон. К ядру Верхне-Баргузинского лечебно-оздоровительного туристского кластера относятся используемые минеральные источники Кучигер и Умхей.

Е.Ю. Колбовский [9] рассматривает вопросы рекреационного районирования на основе концепции формирования туристско-рекреационных систем, среди композиционных типов выделяют ядра как функциональные экологические и планировочные центры районов. По А.А. Дорофееву [6] эти ядра могут по районированию рекреационных систем и должны быть с географической точки зрения отнесены или приравнены к рекреационным узлам или микрорайонам.

Е.С. Агеева [1], рассматривая развитие туристского кластера Вологодской области, считает, что в приоритетах экономической политики региона находится создание туристских кластеров. По ее мнению, туристский кластер – это система взаимосвязанных фирм, организаций, учреждений и связанных с ними органов исполнительной государственной власти, формирующих и обслуживающих туристские потоки с использованием туристско-рекреационного потенциала территорий. В этом определении упущен главный фактор формирования кластера, а именно географическая близость и сопряженность ядер кластерообразующих природных ресурсов.

Т.А. Ирисовой [8] в числе факторов определены перспективности территории, выделяют богатство (качество) и разнообразие рекреационных природных ресурсов, уникальность рекреационного потенциала, уровень развития инфраструктуры, заинтересованность в развитии туризма местной администрации. Что касается вопросов формирования Верхне-Баргузинского туристского лечебно-оздоровительного кластера, существуют все указанные факторы.

Мировой опыт показывает, что кластерный подход предполагает развитие различных форм именно государственно-частного партнерства и реализацию программно-целевых методов управления [16]. Оно считается наиболее прогрессивной формой сотрудничества государства и частного капитала и в России только начинает внедряться.

При сотрудничестве в сфере реализации проекта развития лечебно-оздоровительного туризма на основе освоения природных лечебных ресурсов в функцию государства входят:

– строительство объектов инфраструктуры (дорог, объектов электро- и водоснабжения и т.д.);

– подготовка промышленных запасов минеральных вод и лечебных грязей;

– финансирование и получение бальнеологического заключения по каждому объекту освоения;

– подготовка пакета документов по земельным, водным, лесным отношениям, в т.ч. договора аренды, концессионным соглашениям. Инвестор вкладывает средства и приступает к возведению объектов санаторно-курортного комплекса.

А.Ю. Александрова [3] считает, что для развития туриндустрии жизненно важным является наличие предпринимателей разных категорий. При государственно-частном партнерстве инвестиции поступают именно со стороны государства и предпринимателей. Инвестиции представляют собой поток, благодаря которому происходит приумножение существующего запаса капитальных благ (зданий, производственного оборудования, транспортных средств и т.д.) за определенный отрезок времени [3].

На основе государственно-частного партнерства может быть cформирован муниципальный Верхне-Баргузинский лечебно-оздоровительный кластер. Ядром кластера выступают ныне действующие «дикие» курорты – Кучигерский, Умхейский, а в будущем Сеюйский, Аллинский, ряд сопутствующих производств по продовольственному снабжению, транспортному обслуживанию, торговле и других объектов сферы услуг.

К числу важнейших социальных факторов, определяющих необходимость формирования регионального бренда «Баргузинские минеральные воды», относятся:

– для жителей Сибири выезд на лечение на лучшие курорты юга России практически противопоказан, т.к. меняются не только часовой пояс, но и природно-климатические условия, требующие значительного времени на адаптацию и реадаптацию человеческого организма к быстро меняющимся условиям среды;

– резкое удорожание тарифов на авиационные и железнодорожные услуги, а также стоимости путевок, что делает практически невозможным лечение на других курортах граждан с низким уровнем доходов, к которым относится большинство населения Сибири, в т.ч. и Бурятии.

С учетом указанных факторов следует считать, что в интересах социально слабо защищенных слоев населения Бурятии и соседних регионов приоритетным является организация санаторно-курортного дела на местных минеральных водах. Формирование бренда позволит расширить популярность этих вод и привлечь внимание отечественных и иностранных инвесторов.