Научный журнал
Успехи современного естествознания
ISSN 1681-7494
"Перечень" ВАК
ИФ РИНЦ = 0,560

СОПКАРГИНСКИЙ МАМОНТ, ВРЕМЯ И УСЛОВИЯ ЕГО ОБИТАНИЯ (СЕВЕР ЗАПАДНОЙ СИБИРИ)

Гусев Е.А. 1 Молодьков А.Н. 2 Деревянко Л.Г. 3
1 Всероссийский НИИ геологии и минеральных ресурсов мирового океана им. И.С. Грамберга
2 Таллиннский технологический университет
3 Центральная горногеологическая лаборатория
Изучены отложения, вмещающие останки мамонта, найденного у мыса Сопочная Карга в 2012 году. Литологические характеристики, радиоуглеродные и ОСЛ датировки, данные о содержании спор и пыльцы свидетельствуют о каргинском (МИС 3) времени обитания мамонта. Реконструируются ландшафтно-климатические обстановки, близкие современным.
мамонт
север Западной Сибири
радиоуглеродное датирование
ОСЛ
МИС 3
каргинское время
1. Гламаздин И.Г., Сердюк Н.В., Панова О.А., Тихонов А.Н., Мащенко Е.Н. // Теория и практика борьбы с паразитарными болезнями. – 2014. – № 15. – С. 73-76.
2. Гусев Е.А., Арсланов Х.А., Максимов Ф.Е., Молодьков А.Н., Кузнецов В.Ю., Смирнов С.Б., Чернов С.Б., Жеребцов И.Е., Левченко С.Б. // Проблемы Арктики и Антарктики. – 2011. – № 2(88). – С. 36–44.
3. Гусев Е.А., Аникина Н.Ю., Арсланов Х.А., Бондаренко С.А., Деревянко Л.Г., Молодьков А.Н., Пушина З.В., Рекант П.В., Степанова Г.В. // Известия русского географического общества. – 2013. – Том 145. – № 4. – С. 65–79.
4. Журавлев А. // National Geographic. Россия. – 2013. – № 4. – С. 96–97.
5. Лаухин С.А., Дроздов Н.И., Чеха В.П., Акимова Е.В., Оводов Н.Д., Хлахула И., Томилова Е.А., Стасюк И.В. // Доклады РАН. – 1997. – Т. 352. № 2. – С. 241-244.
6. Лаухин С.А., Пушкарь B.C., Черепанова М.В. // Бюллетень московского общества испытателей природы. Отдел геологический. – 2012. – Т. 87. – № 6. – С. 37-48.
7. Мамонт и его окружение: 200 лет изучения. – М.: ГЕОС, 2001. – 362 c.
8. Мащенко Е.Н., Тихонов А.Н., Сердюк Н.В., Тарасенко К.К., Лопатин А.В. // Доклады РАН. – 2015. – Т. 460. – № 2. – С. 242–245.
9. Попов А.И. // Ледниковый период на территории Европейской части СССР и Сибири. – М.: Изд-во МГУ, 1959. – С. 259–275.
10. Стрелецкая И.Д., Гусев Е.А., Васильев А.А., Рекант П.В., Арсланов Х.А. // Бюллетень комиссии по изучению четвертичного периода. – 2012. – № 72. – С. 28–59.
11. Стрелецкая И.Д., Гусев Е.А., Васильев А.А., Облогов Г.Е., Аникина Н.Ю., Арсланов Х.А., Деревянко Л.Г., Пушина З.В. // Криосфера Земли. – 2013. Т. XVII. – № 3. – С. 17–26.
12. Сулержицкий Л.Д., Романенко Ф.А. // Криосфера Земли. – 1997. – Т. 1. – № 4. – С. 12-19.
13. Шполянская Н.А. // Криосфера Земли. – 2013. – Т. 17. – № 2. – С. 107–120.
14. Gilbert M.Th.P., Tomsho L.P., Rendulic S., Packard M., Drautz D.I., Sher A., Tikhonov A., Dalen L. Kuznetsova T. et al. // Science. – 2007. – Vol. 317. – P. 1927–1930.
15. Kosintsev P.A., Lapteva E.G., Trofimova S.S., Za­nina O.G., Tikhonov A.N., Plicht J. // Quaternary International. – 2012. – Vol. 255. – P. 231–238.
16. Maschenko E., Tikhonov A., Serdyuk N., Tarasenko  K., Cherkinsky A., Gorbunov S., Plicht J. // Abstract Book of the VIth International Conference on Mammoths and their relatives. – 2014. – Special Vol. 102. – P. 121–122.
17. Schmidt Fr. // Mem. Acad. Imp. Sci. St-Peterbourg. VII ser. 1872. Т. XVIII. № 1. 168 s.
18. Streletskaya I.D., Gusev E.A., Vasiliev A.A., Ob­logov G.E., Molodkov A.N. // Geography, environment, sustainability. – 2013. – Vol. 7. – № 4. – P. 60–76.

На севере Сибири часто находят кости, бивни, зубы, а иногда и хорошо сохранившиеся трупы мамонтов, бизонов, северных оленей, и других представителей плейстоценовой фауны [5, 7, 9, 12, 13, 17].

В 2012 г. вблизи мыса Сопочная Карга в устье Енисея местным жителем, мальчиком – Женей Солиндером – была найдена туша мамонта (рис. 1). Находку с тех пор именуют «мамонтом Женей» [16] или «сопкаргинским мамонтом» [1, 4, 8]. Найденный экземпляр замечателен своей хорошей сохранностью. По словам А.Н. Тихонова (ЗИН РАН), участвовавшего в раскопках и консервации остатков, «сохранилась основная часть туши с ногами, черепом, нижней челюстью, правым ухом и глазницей» [4, с. 97]. Установлено, что это молодой самец, погибший, возможно, от голода и истощения в возрасте 13-16 лет [16].

Останки мамонта найдены в 12-метровом береговом обрыве таймырского побережья Енисейского залива. Этот район детально изучался сотрудниками ВНИИОкеангеология, МГУ и Института Криосферы Земли [2, 10, 11, 18]. Береговые обнажения вскрывались неширокими (до 2-4 м) расчистками на всю высоту обрыва. Изучено геокриологическое строение побережья, химический и изотопный состав подземных льдов, исследованы литологические характеристики четвертичных отложений, содержащиеся в них органические остатки – фораминиферы, споры и пыльца растений, остракоды и диатомовые водоросли. Проведено датирование органических остатков методами 14С и U-Th методами, а также вмещающих отложений методом оптически инфракрасно-стимулированной люминесценции (ИК-ОСЛ) зерен калиевого полевого шпата. Установлено широкое распространение голоценовых и поздненеоплейстоценовых отложений, обнажающихся в береговых обрывах Енисейского залива.

Берега Енисейского залива к северу от мыса Сопочная Карга активно отступают, ввиду чего береговой клиф постоянно обрушается, обнажая еще невскрытые толщи четвертичных осадков. Поэтому в 2010 г. нами туша мамонта не была обнаружена, хотя расчистка № 1019 (71°54’9,12″ с.ш., 82°40’12,24″ в.д.) расположена буквально в 5 м от места находки мамонта, вытаявшего из берега летом 2012 года. В этом месте обнажаются отложения 2 надпойменной террасы, представленные хорошо сортированными песками горизонтально- и косослоистыми с примесью гравия (вскрытая мощность около 4 м), перекрытыми торфом с прослоями песчаного алеврита (мощность около 3 м). Остатки мамонта найдены на глубине около 6 м от бровки обрыва, в 3 м ниже контакта торфяно-алевритового и песчано-гравийного слоев. Весь разрез мерзлый, слой сезонной оттайки не превышает 20-30 см.

Торфяно-алевритовый слой изучен спорово-пыльцевым методом. Спектры проб с гл. 1.9, 1.6, 1.0, 0.5 м похожие и характеризуют тундровый тип растительности. На территории осадконакопления господствовали травянистые споровые и пыльцевые растения: разнотравье – 10–18 %, сем. Ranunculaceae – 5–20 %, Cyperaceae – 5–19 %, Chenopodiaceae – 0-4 %, Pirolaceae – 0–1 %, Umbelliferae – 0–1 %, Caryophyllaceae – 2–5 %, споровые растения сем. Polypodiaceae – 17–23 %, Sphagnum sp. – 2–5 %, Lycopodium sp. – 1–2 %. Из древесных и кустарниковых растений определены в небольших количествах Betula sect. Nanae – 5–8 %, Alnaster  – 2–7 %, Salix sp. – 8–11  %, Picea obovata – 8–12 %, Betula ex. sect. Albae – 2–9 %. Территория осадконакопления представляла собой сильно заболоченную местность. Во всех пробах отмечается большое количество растительных остатков, пенатные диатомовые водоросли, споры грибов, водоросли Peredenea, фрагменты вислоусых рачков.

Залегающие ниже пески горизонтально- и косослоистые, преимущественно кварцевые, мелко- и тонко-зернистые, местами ожелезненные, с редкими включениями гравия по косым сериям. В тяжелой фракции преобладают моноклинные пироксены, черные рудные минералы, роговая обманка, минералы группы эпидота-цоизита. Пески хорошо промытые, органические остатки в них практически отсутствуют, что может указывать на активную гидродинамику среды осадконакопления. Судя по осадочным структурам, хорошей сортированности и минералогической характеристике песков, они могли отлагаться в русле реки. Только в самой верхней пробе из песков (глуб. 2 м) присутствуют спорово-пыльцевые спектры, идентичные встреченным в торфяно-алевритовом слое.

Расчистка № 1019, по которой мы изучали отложения, находится в 5 м от места находки мамонта, однако описанные слои уверенно прослеживаются по стенке берегового обрыва (рис. 2). Туша найдена непосредственно в толще песков, таким образом, мамонт был погребен в аллювии древней реки.

Для определения времени обитания мамонта произведено датирование органических остатков и вмещающих их отложений различными методами в разных лабораториях. Получены противоречивые данные с инверсией значений возраста по разрезу. В лаборатории палеогеографии и геохронологии четвертичного периода Института наук о Земле СПбГУ был датирован верхний торфяной слой, получены запредельные значения >37 200 (ЛУ-6546), >39 600 (ЛУ-6547), >37 200 лет (ЛУ-6548) [2]. Позже нами в Лаборатории геохронологии четвертичного периода Института геологии Таллиннского технического университета были датированы пески методом ИК-ОСЛ, получены значения 28 000-29 500 лет (таблица, рис. 2).

В лаборатории университета штата Джорджия в США был датирован костный коллаген (37 830±160, UGAMS-12565), мышечная ткань (43 350±240, UGAMS-12566) и шерсть (41 100±190, UGAMS-12567) мамонта [16]. Кроме того, костный коллаген был датирован в лаборатории Гронингенского университета (Нидерланды), получена датировка (44 750±950, GrA-57723) [16].

Результаты ИК-ОСЛ-датирования

№ п/п

Лаб. №

Глубина отбора, м

Возраст, лет

U (ppm)

Th (ppm)

K

( %)

1

RLQG 2248-034

2

28 000±2 100

0,75

1,98

1,24

2

RLQG 2249-034

2.6

28 800±2 200

0,68

2,31

1,21

3

RLQG 2250-034

3

29 500±2 300

0,53

1,88

1,50

gusev-picture1.JPEG

Рис. 1. Останки сопкаргинского мамонта. Фото: агентство «Фото ИТАР-ТАСС»

gusev-picture2.jpg

Рис. 2. Строение разреза четвертичных отложений в месте находки Сопкаргинского мамонта. Фото из работы [15]

Таким образом, получается, что сам мамонт и верхний торф несколько древнее, чем находящиеся между ними пески. Датируя различный материал в разных лабораториях, не приходится ожидать полного соответствия полученных результатов. Так и в нашем случае можно лишь констатировать, что мамонт и вмещающие его отложения имеют каргинский возраст (морская изотопная стадия (МИС) 3). По северу Западной Сибири имеется масса датировок по остаткам мамонтов, укладывающихся в этот возрастной интервал [7, 12, 14, 15].

Отсутствие в песках из расчистки 1019 спор и пыльцы еще не является свидетельством перигляциальной обстановки, как это подчас интерпретируют некоторые специалисты. Литологические характеристики свидетельствуют о довольно быстром течении реки, в которой отлагались пески. Поэтому по закону седиментации материала в песках могут отлагаться органические остатки размером, сопоставимым с песчинками. Поэтому более мелкие и легкие органические остатки – споры, пыльца, диатомеи и пр. – вымываются из осадка и переносятся дальше. К северу от Сопочной Карги, на мысе Шайтанском датированы пески такого же возраста, в них также отсутствуют споры и пыльца [2]. Об активном течении древней реки свидетельствуют также находки крупных галек около трупа мамонта [8]. Однако на побережье о. Сибирякова датированные разными методами каргинские (МИС 3) отложения представлены другими гранулометрическими разностями – алевритами и глинистыми алевритами, и в них обнаружены достаточно теплые инситные спорово-пыльцевые спектры [3]. И по другим датированным разрезам Сибири каргинское время характеризовалось климатом, сравнимым с современным [6].

Таким образом, сопкаргинский мамонт обитал в каргинское время (МИС 3) в климатических условиях, похожих на современные. На основе имеющихся опубликованных и вновь полученных палеогеографических данных для севера Западной Сибири можно реконструировать прибрежно-равнинные тундровые и лесотундровые обстановки.


Библиографическая ссылка

Гусев Е.А., Молодьков А.Н., Деревянко Л.Г. СОПКАРГИНСКИЙ МАМОНТ, ВРЕМЯ И УСЛОВИЯ ЕГО ОБИТАНИЯ (СЕВЕР ЗАПАДНОЙ СИБИРИ) // Успехи современного естествознания. – 2015. – № 1-3. – С. 432-435;
URL: http://www.natural-sciences.ru/ru/article/view?id=34907 (дата обращения: 18.11.2018).

Предлагаем вашему вниманию журналы, издающиеся в издательстве «Академия Естествознания»
(Высокий импакт-фактор РИНЦ, тематика журналов охватывает все научные направления)

«Фундаментальные исследования» список ВАК ИФ РИНЦ = 1.252